Продолжается набор на обучение. Узнайте подробности!

Эксклюзивное интервью всемирно известного христианского писателя Филиппа Янси сайту УЕТС во время его визита в УЕТС 2 октября 2018 года

 

- Филипп, приветствуем Вас в УЕТС. Ваши книги для многих из нас стали советчиками, утешителями и прочной опорой на пути к Богу. Язык Ваших произведений очень прост. И хотя Вы рассматриваете глубинные вопросы христианской веры, Вас тяжело назвать богословом в традиционном понимании этого слова. Ведь мы привыкли к тому, что не всем понятна богословскую мысль, а Ваш язык доступен всем. Считаете ли Вы сами себя богословом и в чем вообще заключается, по Вашему мнению, эта деятельность?

 

- Я хочу напомнить, что начал свою карьеру как журналист. Журналист пишет «все обо всем», а у богослова более узкое направление. Я начинал работать в христианском журнале для подростков. И это был подарок для меня, потому что я должен был все свои идеи очень упрощать. Кроме того мне надо было украсить текст, сделать интересным, чтобы такой нетерпеливый подросток захотел дочитать его до конца.

 

Пастор и богослов, как правило, начинают с того, в чем они разбираются. Журналист приступает к тому, в чем он разбирается не слишком. Поэтому я не даю ответов, а начинаю задавать вопросы. Когда я пишу о боли, о церкви, о молитве, я не знаю много, но хочу узнать. Журналист говорит читателю: возьми меня за руку, и мы пойдем в это путешествие с тобою вместе.

 

«Теология» означает «изучать, познавать Бога». Мы верим, что Бог подарил нам этот мир, Бог любящий, Бог всесилен. Но еще Бог невидим. Как мы, люди, живущие в материальном мире, можем общаться и жить с невидимым Богом? И в Библии мы видим много историй, как Бог находит различные способы открывать Себя, Свою волю людям. Как журналист я рассказываю эти истории и исследую тот материал, который хочу передать.

 

43142971_2156396367949400_3450658132416528384_o.jpg

 

- Как Вы относитесь к богословскому образованию в целом, нужно ли оно всем или только избранным?

 

- Как писатель могу сказать, что мои вопросы не отличаются от тех, которые задают другие люди: Справедлив ли Бог? Может ли Бог простить все? Почему на свои искренние молитвы я не получаю ответа? Не мог бы Бог быть более понятным и конкретным? Все люди задают похожие вопросы. Но разница между нами в том, что у большинства людей есть работа, и они могут задумываться над этими вопросами только по вечерам или на выходных. А моя работа - исследовать эти вопросы полный рабочий день.

 

Я думаю, что с теологическим образованием такая же история. На некоторое время вы просто выходите из своей привычной жизни и полностью посвящаете себя глубокому исследованию этих вопросов, чтобы потом вернуться и поделиться знаниями с теми, кто не имеет возможности выделить для себя такое время. Я не думаю, что люди, которые занимаются теологией, могут называться элитой. Они просто уделяют много времени тому, чтобы углубиться в изучение богословских вопросов.

 

Например, студенты-медики изучают в университете много такого, что, возможно, никогда не будут использовать на практике. Но однажды скорая помощь может привезти пациента с какой-то странной болезнью, в которой никто не может разобраться. А ваши знания, полученные вами в университете, помогут вам, и вы сможете сказать: «Я знаю, что это такое!»

 

43022915_2156394274616276_8906624241793761280_o.jpg

 

- Сегодня во время встречи Вы цитировали Льюиса, Честертона, Нувена, Мирослава Вольфа, вспоминали Ганди, Толстого, Достоевского. Эти люди для Вас являются духовными авторитетами?

 

- Я верю, что вся истина - Божья. И то, что я познаю, не обязательно приходит от тех людей, которые верят так же, как я. Кстати, Толстой и Достоевский - это хорошие примеры. Толстой во многих вопросах был очень мудрым человеком. Но он никогда не мог достичь тех идеалов, в которые верил. Многие смотрели на него как на несчастного и подавленного человека. Он понимал идеалы Евангелия, о которых говорил Иисус, но так и не смог дотянуться до них. С другой стороны, Достоевский был в полном беспорядке: пил, был недисциплинированным, постоянно срывал дедлайны, страдал игроманией, не умел вести свои дела и принимал глупые решения. Но он понимал благодать. В его произведениях всегда есть герои, в которых персонифицировано эту благодать. И мне нравятся эти две личности, так как у одного были высокие идеалы, а второй понимал благодать. А нам нужно и то, и другое.

 

- Кстати, о художественной литературе, есть мнение, что беллетристика не нужна и даже вредна для тех, кто хочет спастись. Как Вы считаете, насколько важна художественная литература, в том числе и поэзия, для христиан?

 

- Я думаю, художественная литература помогает нам увидеть, как быть милосердными. Читая, мы погружаемся в других людей. Мы начинаем смотреть на мир их глазами. И с этого начинается любовь. Потому что невозможно по-настоящему любить, пока ты не посмотришь на мир глазами другого человека. Когда я смотрю на жизнь Иисуса, меня поражает, как Он к каждому человеку относился по-особенному, в зависимости от того, что представлял собой этот человек.Например, если снова вернуться к Достоевскому, я не понимаю недисциплинированного человека, да еще и игромана! Просто не транжирь свои деньги! Просто перестань пить! Но, когда я читаю его произведения, я вижу человека, который слаб.

 

43046252_2156393831282987_7652630001954586624_o.jpg

 

Художественная литература дает мне возможность разбудить свое сочувствие к тем людям, которые очень отличаются от меня самого. Дает возможность увидеть мир так, как они его видят и научиться любить человека, которого иначе я не смог бы понять.

 

С поэзией несколько по-другому. Я не часто читаю поэзию. Но когда все же читаю, она помогает мне замедлиться. Это такая форма размышлений, медитации. В Католической церкви практикуют Lectio Divina, когда вы концентрируетесь на тех или иных словах либо сценах из Библии. Так вот для меня такой Lectio Divina является поэзия. Я приостанавливаюсь, я размышляю над словами, образами. Я нуждаюсь в этом в мире, который все время ускоряется.

 

- Могли бы Вы несколькими предложениями описать то, что считаете важным для христианина на пути к любви, которую заповедал нам Иисус?

 

- Я думаю, самым важным шагом на этом пути является больше и сознательно проводить время с людьми, не похожими на вас. Даже ученикам Иисуса тяжело было это делать. Иисус говорил, что хочет, чтобы они шли в Иудею, Самарию и дальше, до края земли. Но они не сделали этого. Потому что это так комфортно и естественно - быть среди людей, похожих на нас. Среди тех, кто одевается, так как мы, думает так, как мы, голосует так, как мы, пахнет, как мы. Но мы призваны идти к людям, которые радикально отличаются от нас. Как я говорил сегодня утром, Иисус шел совсем не к тем людям, как ожидалось, а к наиболее угнетенным и к самым нелюбимым: к самарянам, проституткам, сборщикам налогов. Мы призваны поступать так же, но это тяжело.

 

43049807_2156394514616252_6732296275099648000_o.jpg

 

- Какими, по Вашему мнению, должны быть отношения между христианскими церквями различных конфессий и деноминаций?

 

- Я думаю, что человечество в целом должно иметь баланс между единством и разнообразием. Опять же, это просто - быть едиными, когда все похожи друг на друга. Но вся книга Деяний - о многообразии Божьей любви и ее проявлений. В то же время Павел очень четко говорил, что во Христе нет ни иудея, ни язычника, ни раба, ни свободного, ни мужчины, ни женщины, а все одно во Христе Иисусе. То есть, несмотря на то, что все мы разные, наше единство, идентификация, которую мы в нем получаем, гораздо шире наших различий.

 

Например, мне рассказывали, что в Украине есть церкви, которые стоят исключительно на пацифистских позициях и не принимают никакого участия в войне. Однако эти церкви остаются в связке с теми церквями, которые активно участвуют в военном процессе. И это хорошая модель для нас. На протяжении веков христиане трактовали те или иные вещи по-разному. Но мы призваны объединяться, потому что это были последние слова Иисуса в молитве, которую Он вознес за Своих учеников на Тайной Вечере: чтобы были все едины, как Бог един в Троице.

 

42992708_2155938424661861_9146518587844853760_n.jpg

 

- Как Вы оцениваете время, в которое мы живем?

 

- Я бы сказал, что это опасное время. Во времена моей молодости мы знали: здесь коммунизм, а здесь капитализм. Мы видели крупные образования на карте. В России, в Китае существовал серьезный контроль: верхи жестко контролировали низы. Мы же на Западе росли в свободе, развивались. В конце 80-х развалился СССР, затем некоторое время была пертурбация, создаваться Европейский Союз... Сейчас мир движется в другом направлении, почти племенном. Польша, Венгрия, скажем, крепко держатся и не хотят никого к себе пускать. Наш президент Трамп тоже не хочет пускать в страну никаких эмигрантов и провозглашает, что Америка для американцев. Эти вещи меня беспокоят, я не знаю, чем это все может закончиться. А еще такое явление как «постмодернизм» - никто не знает, во что верить. Каждый может представить себе что угодно и поверить в это. Сказать по правде, я рад, что уже не молод и многое уже пережил. Дальше дело за вами. И что с вами дальше будет. Удачи!

 

43103890_2156394817949555_3620923658370809856_o.jpg

 

- Что Вы хотели бы пожелать студентам нашей семинарии?

 

- Я чувствую в этой части мира в целом и в вашей стране в частности дыхание надежды. Раньше вы не могли свободно собираться, не могли изучать Библию. В России даже существовала практика, когда люди клали Библию в пакет и закапывали, чтобы ее не нашли репрессивные органы. Сейчас у вас есть полная свобода встречаться, выражать свои мысли, познавать мир, есть семинарии. Ваша, как я знаю, вообще основана на месте какого-то коммунистического лагеря. Но что происходит? Когда есть свобода, мы забываем. Мы изучаем Ветхий Завет и видим, как поднимаются и падают цари. Когда все хорошо, они забывают о Боге. Начинают искать Его тогда, когда начинает прижимать. Я волнуюсь за Запад, потому что у нас именно такое положение: экономика нормальная… У меня телевизор с более 100 каналами. Я сижу и целый день что-то себя заталкиваю. И это опасная свобода. Иисус повторял часто одну мысль. Я несколько перефразирую ее: «Вы не обретете жизни, требуя все больше и больше. Настоящую жизнь вы находите, когда учитесь отдавать, когда служите другим». Я как журналист вижу правоту этих слов снова и снова. Звезды Голливуда, спортсмены, влиятельные лица - они самые несчастные люди, которых я когда-либо встречал. А люди, отдающие себя другим, имеют удовольствие в жизни. Такое наслаждение, которое другими способами получить невозможно. Поэтому наслаждайтесь свободой, но не творите над ней насилия.

 

43050717_2156394627949574_7404846982096748544_o.jpg